Все взрослые были когда-то детьми, только многие забыли об этом. Мы привыкли, что родители должны быть очень авторитетными фигурами. Из позиции абсолютного авторитета управлять, выносить суждения, наказывать, устанавливать правила относительно «хорошо-плохо» и не ошибаться. Современные дети бунтуют против такой расстановки сил, и во многих семьях «родительство» превращается в пытку. На самом деле нет плохих родителей и нет плохих детей.
Просто часто мы действительно не знаем, как находить общий язык с детьми, выбираться из тупиковых ситуаций, устанавливать личностные границы, воодушевлять, влиять и оставаться спокойными и счастливыми родителями.

Все взрослые были когда-то детьми, только многие забыли об этом. Мы привыкли, что родители должны быть очень авторитетными фигурами. Из позиции абсолютного авторитета управлять, выносить суждения, наказывать, устанавливать правила относительно «хорошо-плохо» и не ошибаться. Современные дети бунтуют против такой расстановки сил, и во многих семьях «родительство» превращается в пытку. На самом деле нет плохих родителей и нет плохих детей.
Просто часто мы действительно не знаем, как находить общий язык с детьми, выбираться из тупиковых ситуаций, устанавливать личностные границы, воодушевлять, влиять и оставаться спокойными и счастливыми родителями.

Все взрослые были когда-то детьми, только многие забыли об этом. Мы привыкли, что родители должны быть очень авторитетными фигурами. Из позиции абсолютного авторитета управлять, выносить суждения, наказывать, устанавливать правила относительно «хорошо-плохо» и не ошибаться. Современные дети бунтуют против такой расстановки сил, и во многих семьях «родительство» превращается в пытку. На самом деле нет плохих родителей и нет плохих детей.
Просто часто мы действительно не знаем, как находить общий язык с детьми, выбираться из тупиковых ситуаций, устанавливать личностные границы, воодушевлять, влиять и оставаться спокойными и счастливыми родителями.